Рига: +5.7°С
Энергетический маневр в условиях ближневосточной турбулентности
Европейский союз, который в последние годы последовательно снижал свою зависимость от российского трубопроводного газа, может быть вынужден пересмотреть свою позицию. По данным британской корпорации BBC, в условиях обострения конфликта на Ближнем Востоке, повлекшего перебои с поставками сжиженного природного газа (СПГ) из Катара, Европа может рассмотреть вариант использования мощностей газопровода «Северный поток — 2». Это заявление прозвучало на фоне резкого скачка цен на газ в регионе.
Ситуация обострилась после того, как Иран начал атаки на крупнейший газовый завод в Катаре в ответ на удар Израиля по ирано-катарскому месторождению в Персидском заливе. Это вызвало цепную реакцию на мировом энергетическом рынке: цены на газ в Европе подскочили на 30%, а нефть — на 7% (по состоянию на 25 марта 2026 года). Стремление азиатских стран, Турции и Египта заполучить оставшиеся объемы СПГ лишь усиливает конкуренцию, в которую неизбежно вступает и Европа.
Уроки энергетической независимости и новые реалии
Несмотря на то, что ЕС постепенно учился жить без российского газа после начала вторжения России в Украину и последовавшего сокращения поставок, текущий кризис ставит под сомнение устойчивость выстроенных альтернативных схем. Если в 2022 году цены на газ в Европе достигали 300 евро за мегаватт-час, то к началу иранского кризиса 2026 года они снизились до 20-30 евро. Однако новые потрясения привели к росту цен, который, хотя и не достиг масштабов коллапса 2022 года, ощутимо бьет по потребителям.
ЕС официально взял курс на полный отказ от российского газа: трубопроводные поставки планируется остановить до конца сентября 2027 года. Глава Еврокомиссии Урсула фон дер Ляйен ранее заявляла, что отказ от российского газа был «болезненным» шагом, совершенным «за одну ночь». Тем не менее, на фоне дефицита катарского СПГ, заместить который практически нечем (мощности США работают на пределе), Россия, обладающая неиспользуемой ниткой «Северного потока — 2», а также трубопроводом через Украину и мощностями по сжижению, вновь выглядит как потенциальный поставщик, способный быстро увеличить предложение и стабилизировать цены.
Судьба «Северного потока — 2» и политический рычаг
Газопровод «Северный поток — 2», протяженностью 1234 км, достроен, но с февраля 2022 года остается недействующим и замороженным. Проект, который должен был поставлять газ из Усть-Луги в Грайфсвальд, столкнулся с геополитическим ураганом, включая санкции, а также с диверсией в сентябре 2022 года, повредившей три из четырех ниток обоих газопроводов.
Появление сообщений о возможном использовании «Северного потока — 2» совпало с новостями о «закулисной дипломатии» и обсуждениях возможного перезапуска газопроводов под руководством США, причем с оговоркой, что поставки не начнутся до мира на Украине. При этом газопровод остается под западными санкциями. В то же время, ряд европейских компаний ранее заявляли, что повторное открытие трубопроводов могло бы снизить цены больше, чем любые субсидии. Однако на официальном уровне Германия, ключевой получатель по проекту, ранее заявляла о нежелании возобновлять импорт.
Региональный контекст: Латвия и Балтийские хранилища
Для стран Балтии, включая Латвию, ситуация с газоснабжением традиционно остается напряженной. С апреля 2022 года Латвия, Эстония и Литва прекратили прямые закупки российского газа. В частности, Латвия после отказа от российского сжиженного углеводородного газа (СУГ) в конце 2024 года нарастила морские закупки СУГ напрямую из США через Рижский порт.
Ключевым элементом региональной безопасности является Инчукалнское подземное хранилище газа (ПХГ) в Латвии, которое также используется Эстонией и Литвой. По состоянию на конец января 2026 года, заполненность этого хранилища упала до 30-33%. Это произошло на фоне необычно холодной погоды и усиленной конкуренции за СПГ. Хотя Литва обеспечивала до 100% потребностей Латвии в импортном газе в 2025 году за счет закупок СПГ у США и Норвегии через терминал в Клайпеде, стремительное истощение запасов Инчукалнса создает риски дефицита при сохранении холодов. В то время как общие запасы газа в ЕС к концу января 2026 года достигали в среднем 45,6%, Прибалтика демонстрировала более низкие показатели, что подчеркивает уязвимость региона к любым глобальным потрясениям, затрагивающим рынок СПГ.
Потенциальные выгоды и политические дилеммы
Возможность задействовать «Северный поток — 2» рассматривается аналитиками как прямой ответ на дефицит, вызванный событиями на Ближнем Востоке, но это также поднимает серьезные политические вопросы. Включение российского газа в европейский баланс, даже через уже построенную инфраструктуру, неизбежно поставит под сомнение существующую политику полного отказа от Москвы.
В то же время, эксперты отмечают, что решение энергетических проблем ЕС за счет возвращения российского газа может дать политические преимущества странам, критикующим текущий курс, например, США, которые, по некоторым мнениям, могут использовать поставки газа как рычаг влияния. На фоне предполагаемого кризиса могут вновь активизироваться и те страны ЕС, которые ранее были лояльны Москве (Венгрия, Словакия), а также те, кто недавно получал российский газ (Австрия, Италия). Таким образом, потенциальное «спасение» через «Северный поток — 2» может обернуться не только экономическим облегчением, но и серьезным расколом в позициях ЕС по отношению к России.
Следите за новостями на других платформах: