25 лет «Гринча»: Как безумный перформанс Джима Керри превратил спорный фильм в рождественскую классику

Юбилей культового фильма: 25 лет со дня выхода «Гринча»

В этом рождественском сезоне исполняется 25 лет с момента выхода на экраны фильма «Гринч — похититель Рождества» 2000 года, снятого режиссером Роном Ховардом. Картина, ставшая сенсацией в прокате, до сих пор вызывает бурные споры среди критиков, но прочно заняла место в сердцах миллионов зрителей как неотъемлемая часть праздничной культуры.

Несмотря на то, что картина сразу после премьеры получила прохладные отзывы, ее коммерческий успех был феноменальным. «Гринч» до сих пор остается самым кассовым фильмом как в карьере Джима Керри, так и Рона Ховарда. В США он стал последним лидером годового проката с результатом менее 300 миллионов долларов (если не учитывать аномальный 2020 год).

Парадоксально, но этот кассовый хит имеет репутацию «аутсайдера»: его рейтинг на Rotten Tomatoes составляет около 50%, что делает его самым низко оцененным критиками лидером проката XXI века. Тем не менее, этот факт никак не мешает фильму десятилетиями возвращаться на телеэкраны, продаваться на физических носителях и присутствовать на всех стриминговых платформах.

Маска, ставшая пыткой: Цена перевоплощения Керри

Секрет неугасающей популярности «Гринча», по мнению экспертов, кроется, прежде всего, в радикально эксцентричном и всепоглощающем исполнении Джима Керри. Актер буквально растворился в образе, работая в тяжелых протезах, специальных контактных линзах и плотном зеленом гриме. Физические нагрузки, которые он переносил на площадке, участники съемок сравнивали с экстремальными испытаниями, которым подвергаются актеры при работе над суровыми ролями вроде «Выжившего».

Процесс создания образа Гринча был настоящим испытанием. Костюм, сшитый из шерсти яка, был не только тяжелым, но и сильно зудел, создавая постоянный дискомфорт в условиях съемочной жары.

Секрет популярности картины — прежде всего в радикально эксцентричном исполнении Джима Керри.

Ежедневная трансформация Керри в монстра занимала до 8 часов в начале съемок, заставляя актера сидеть в кресле визажистов почти весь день. Из-за сложных лицевых протезов Керри был вынужден дышать исключительно ртом на протяжении всей съемочной смены, что только усугубляло усталость и дискомфорт.

Сам Керри признавался, что уже в первые дни съемок роль давалась ему настолько тяжело, что он был готов отказаться от своего внушительного гонорара, лишь бы не возвращаться к гриму. Чтобы справиться с колоссальным физическим и эмоциональным напряжением, актеру даже потребовалась консультация специалиста, который обучал его техникам выносливости, схожим с теми, что используют агенты ЦРУ.

Эта напряженная работа иногда приводила к срывам: Керри мог кричать и выходить из себя прямо на площадке. Позже эти моменты были собраны в шуточное видео для съемочной группы. Стоит отметить, что режиссер Рон Ховард проявил солидарность: он провел целый день в полном гриме и костюме Гринча, чтобы лично понять, через что проходит исполнитель главной роли.

Ктовилль и его обитатели: Реальность за CGI

Создатели фильма пошли на значительные затраты, чтобы визуально воплотить мир Доктора Сьюза. В отличие от современных тенденций, город Ктовилль не был создан с помощью компьютерной графики — это были реальные, полномасштабные декорации, по которым актеры перемещались ежедневно.

Компьютерная графика использовалась минимально, в основном для доработки отдельных сцен, что подчеркивает приверженность кинематографистов к практическим эффектам и ручной работе.

Жители Ктовилля также прошли серьезную подготовку. Для них была создана специальная «школа», где актеров учили двигаться, имитируя цирковые приемы. Более 90 актеров массовки ежедневно проходили сложную процедуру грима и переодевания. Их костюмы, поверх которых надевались специальные вставки для создания «по-ктовилльски» странной фигуры, также добавляли неудобств. Кроме того, в фильме было задействовано свыше 250 вручную связанных нарядов для жителей Ктовилля.

Маленькая Синди Лу: Детская невинность на съемках

Одну из ключевых ролей в картине сыграла Тейлор Момсен, которой на момент съемок было всего шесть лет. У юной актрисы, почти не имевшей опыта в кино, не было навыков чтения, поэтому весь сценарий ей зачитывали взрослые. В результате она выучила наизусть не только свои реплики, но и текст всего фильма целиком.

Момсен была достаточно смелой, чтобы выполнять трюки самостоятельно: она летала на тросах, падала и каталась с горок. Дублер понадобился лишь для одной-единственной сцены.

«Он всегда был очень добр ко мне и очень защищал меня, — вспоминала Момсен о Керри. — Съёмки Гринча и возможность наблюдать, как он работает, оставили на меня огромное впечатление».

Удивительно, но до самой премьеры Тейлор Момсен не видела, как выглядит Джим Керри без грима, зная его только как Гринча. Несмотря на всю свою эксцентричность в кадре, Керри, по свидетельствам очевидцев, проявлял о ребенке заботу на съемочной площадке.

Из-за того, что Момсен была слишком юна по голливудским нормам, чтобы носить сложные протезы носа, сценаристы придумали для ее персонажа сюжетное объяснение: жители Ктовилля «вырастают» в свои носы с возрастом.

Наследие и культовый статус

В то время как критики часто называли фильм «шумным и чрезмерным», зрители приняли его, сделав частью своих ежегодных рождественских традиций. Этот сценический гротеск и агрессивная комедия, основанная на безудержном перформансе Керри, делает фильм одновременно отталкивающим и магнетически притягательным.

Сюжетная линия, которая значительно расширила и усложнила классическую книгу Доктора Сьюза, нередко подвергалась критике за избыточность. Однако публика воспринимает картину в первую очередь как триумф актерского мастерства, где один артист сумел превратить перегруженный студийный проект в подобие вечной рождественской сказки.

Музыкальное сопровождение, написанное Джеймсом Хорнером, также сыграло важную роль в успехе, хотя сам композитор стремился не перетягивать внимание со сложной комедии Керри.

Спустя четверть века «Гринч — похититель Рождества» остается фильмом, который невозможно игнорировать: его либо обожают, либо он вызывает раздражение, но неизменно остается одним из самых обсуждаемых рождественских хитов.