Рига: -5°С
Спорные кадры ушли в небытие: изменения в культовом фильме
Российские онлайн-кинотеатры пошли на беспрецедентный шаг, подвергнув цензуре оскароносную картину Никиты Михалкова «Утомленные солнцем» (1994). Зрители, оформившие подписку на популярных стриминговых платформах, обнаружили, что из фильма удалено около трех минут хронометража, включая откровенные и, по всей видимости, неудобные для текущего контекста сцены. Как стало известно, под «нож» попали как минимум два ключевых эпизода, касающихся как самого режиссера-актера, так и драматической линии его экранной супруги.
Внимание на изменения обратили журналисты, отметив, что цензурным правкам подверглась сцена, где комдив Сергей Котов, которого играет сам Михалков, находится в бане в обнаженном виде, в компании своей дочери Нади (Надежда Михалкова) и жены Маруси (Ингеборга Дапкунайте). Этот эпизод, который ранее был доступен даже при более низком возрастном рейтинге, теперь полностью отсутствует в версиях, представленных на некоторых онлайн-платформах.
Рейтинг 18+ не спас от правок
Ирония ситуации заключается в том, что картина «Утомленные солнцем» изначально имела возрастной ценз «18+», что, казалось бы, должно было гарантировать сохранение откровенного материала. Однако даже этот официальный маркер не уберег фильм от редактуры. Кроме сцены в бане, из фильма исчез и другой, не менее драматичный диалог.
По данным источников, цензоры также изъяли часть разговора между персонажами, в котором героиня Ингеборги Дапкунайте откровенно рассказывает о своей попытке свести счеты с жизнью. Этот фрагмент, несущий важную психологическую нагрузку для раскрытия характера Маруси, был удален, что нарушает целостность повествования, созданного в середине 90-х.
Более того, сообщается об исчезновении интимной сцены с участием героев Михалкова и Дапкунайте, что также является частью сокращений, коснувшихся картины. Общая продолжительность «потерь» оценивается примерно в три минуты.
Контекст и расхождения: Михалков против Дапкунайте
Случай с цензурой вызывает повышенный интерес, учитывая общественно-политическую позицию Никиты Михалкова, известного как доверенное лицо действующего российского руководства и открытого сторонника текущего курса. В то же время, Ингеборга Дапкунайте, сыгравшая ключевую роль в фильме, напротив, осудила военные действия и покинула Россию.
Это первый, по мнению наблюдателей, столь явный случай цензуры в фильмографии Михалкова, который сам неоднократно высказывался о необходимости контроля над содержанием в отечественном кинематографе, хотя и с оглядкой на более мягкую советскую цензуру по сравнению с американской.
Такое избирательное удаление материала из фильма, снятого в 1994 году и получившего «Оскар» за лучший фильм на иностранном языке в 1995 году, выглядит как попытка «очистить» наследие режиссера от элементов, которые могут быть восприняты как противоречащие формирующейся в стране идеологической линии, даже если эти элементы касаются его самого.
Кто стоит за решением и что говорят платформы
Редактуре подверглись фильмы, доступные на крупных российских онлайн-площадках, в частности, упоминаются сервисы «Иви» и Viju. Стоит отметить, что компания Viju имеет связи с крупными российскими холдингами, что может указывать на административное или рекомендательное давление, а не только на внутреннюю политику самого кинотеатра.
На момент публикации этой статьи официальные представители онлайн-кинотеатров, где были обнаружены изменения, не давали публичных комментариев относительно причин удаления указанных сцен. Отсутствие объяснений усиливает спекуляции о том, является ли это результатом требований регуляторов или внутренней политикой платформ, стремящихся минимизировать риски в условиях ужесточения законодательства, касающегося «традиционных ценностей» в киноискусстве.
Ситуация, когда создатель фильма одновременно является объектом цензуры в его же произведении, создает уникальный прецедент в российском медиапространстве. Это поднимает вопросы о том, как историческое кино, некогда признанное мировым сообществом, адаптируется к современным внутриполитическим реалиям, и не приведет ли это к дальнейшей «стерилизации» классики.
Реакция в культурном сообществе и за рубежом
Поскольку инцидент получил огласку через оппозиционные медиаресурсы, он быстро стал предметом обсуждения среди русскоязычной диаспоры и в тех странах, где ценится свободное культурное пространство, включая страны Балтии, где многие русскоязычные пользователи смотрят контент через российские или международные сервисы.
Интересно, что, хотя первоначальный поиск не выявил прямых заявлений от латвийских или других прибалтийских провайдеров о введении аналогичной цензуры на территории Латвии, сам факт существования отредактированной версии на платформах, доступных в регионе, вызывает беспокойство. Культурные деятели, оказавшиеся в оппозиции к текущему курсу, как, например, Ингеборга Дапкунайте, могут стать невольными катализаторами пересмотра контента, который даже косвенно связан с их позицией, что выходит за рамки простого соблюдения возрастных ограничений.
Для международного зрителя, который ценит фильм за его художественную глубину, отражающую трагедию эпохи, эти изменения могут исказить первоначальный замысел Михалкова, который, несмотря на свои политические взгляды, создал мощное высказывание о сталинских репрессиях. Удаление сцен, связанных с личной драмой и отчаянием, делает картину более сглаженной и менее острой в социальном плане, что противоречит ее изначальному замыслу.
Этот инцидент вновь актуализирует дискуссию о границах художественного выражения в условиях политического давления. Судьба сцен с обнаженным Михалковым и трагическим монологом Дапкунайте в цифровом прокате становится своеобразным барометром текущих настроений в сфере культуры, где даже признанные шедевры прошлого вынуждены проходить проверку на лояльность.
Следите за новостями на других платформах: