Рига: -7.9°С
Фундаментальная неудовлетворенность как катализатор
Политическая система Латвии, по мнению социолога Арниса Кактиньша, директора агентства SKDS, переживает состояние, которое можно охарактеризовать как системный сбой. Это приводит к парадоксальной ситуации: практически перед каждыми выборами на политической сцене появляются новые силы, которые, однако, демонстрируют быструю и предсказуемую склонность к самоликвидации. Как сообщает портал LSM+, Кактиньш озвучил эту обеспокоенность накануне в эфире программы Krustpunktā на Латвийском радио, выразив свой пессимизм относительно текущей модели управления.
Социолог отмечает, что на многих последних избирательных кампаниях мы становимся свидетелями появления свежих лиц, которые получают весьма внушительные результаты. Он вспоминает недавние прошлые избирательные циклы, когда такие новые партии, как KPV и JKP, выступали практически триумфаторами, имея все шансы сформировать правительство даже без широкой коалиции. Однако, по его словам, этот первоначальный успех не конвертируется в долгосрочную политическую стабильность.
Партии как «флешмобы»
Суть проблемы, по мнению Кактиньша, кроется в реакции общества на застой. В основе феномена «вспыхивающих и гаснущих» партий лежит «фундаментальная неудовлетворенность». Избиратели устают от старых политических элит и ищут что-то новое, желая попробовать альтернативные пути развития страны. «Но мы видим, что эти новые партии не могут принести ничего нового. На самом деле, не только ничего нового, но даже еще хуже, чем было», — констатирует эксперт.
«Эти партии хоть формально, юридически и являются партиями, но на самом деле являются каким-то „флешмобом“», — заявил Арнис Кактиньш.
Каждый такой «флешмоб» имеет схожую траекторию. В качестве примера он приводит KPV, которая, по его воспоминаниям, начала демонстрировать признаки дезориентации и распада всего через месяц после выборов. JKP продержалась на плаву немного дольше, но и ее судьба, по сути, оказалась недолгой. Кактиньш подчеркивает, что эта тенденция затрагивает практически все вновь образованные политические структуры.
Он видит в этом не просто неудачу отдельных политиков, а закономерный результат сбоя в самой системе. Люди, стремящиеся к власти, «фасуются», меняют названия, комбинируются, создавая новые образования, но, как образно выразился социолог, «этот груз только увязает в болоте, все глубже, глубже и глубже». Логичный вывод, который он делает: проблема, вероятно, кроется в том, что существующая система просто не соответствует ожиданиям граждан и не обеспечивает необходимую функциональность.
Кризис доверия и фрагментация
Наблюдения Кактиньша о саморазрушении новых партий тесно перекликаются с более широким контекстом — глубоким кризисом доверия к государственным институтам в Латвии. Недоверие к Сейму, правительству и судебной системе достигло критических отметок, и обществу больше не верит в способность старой элиты предлагать убедительные проекты развития. Некоторые эксперты, комментируя ситуацию, отмечают, что до 66% жителей страны хотели бы видеть у власти совершенно новых политиков, что теоретически открывает возможности для прорыва внесистемных сил.
Этот запрос на перемены, подкрепленный геополитической напряженностью, может подтолкнуть избирателей к более радикальным или правым силам. Однако, как показывает практика «флешмобов», даже приход новых лиц не решает корневых проблем. Более того, это может привести к еще большей фрагментации парламента, как прогнозируют некоторые политологи, что сделает формирование стабильного и работоспособного большинства еще более сложной задачей.
Финансовый аспект и избирательная реформа
Параллельно с общественной неудовлетворенностью, в сфере партийной жизни происходят и финансовые изменения, которые могут косвенно повлиять на то, как партии будут функционировать в будущем. Так, в начале 2026 года вступили в силу поправки, «замораживающие» рост государственного финансирования партий. Государство решило при расчете дотаций на 2026 год отвязать их от новой минимальной зарплаты (которая выросла) и вернуться к показателям 2024 года (700 евро).
Эта мера принесла бюджету экономию в размере около 0,76 млн евро. Расчет финансирования, которое получают партии, преодолевшие 2% барьер на парламентских выборах, напрямую зависит от размера минимальной заработной платы. Замораживание этой базы означает, что даже получившие мандаты партии столкнутся с более скромными финансовыми поступлениями, чем могли бы ожидать при автоматической индексации.
Хотя Кактиньш фокусируется на поведенческом аспекте и качестве политического предложения, финансовые ограничения также могут усложнить жизнь уже существующим, но ослабленным структурам, и не решить проблему недостаточной устойчивости у новых, «флешмобных» образований.
Прогнозы и выводы
Сценарий, описанный Арнисом Кактиньшем, рисует картину политического ландшафта, застрявшего в цикле надежды и разочарования. Граждане ищут «лекарство» от старой системы, но вновь и вновь получают партии, которые не обладают достаточным внутренним стержнем или механизмом для самоподдержания в условиях постоянной борьбы за власть и ресурсы.
Эксперты расходятся в оценках, приведет ли эта системная дисфункция к «революционным, качественным переменам», как предполагали некоторые ранее, или же продолжится медленная деградация. Однако ясно одно: пока не будет решена проблема системы, а не только лиц, стремящихся ее возглавить, новые политические проекты в Латвии, скорее всего, продолжат выполнять роль временных феноменов, обеспечивая лишь краткосрочное медийное освещение, но не долгосрочную политическую стабильность для страны.
Следите за новостями на других платформах: