Рига: +4.2°С
Символическое завершение эпохи: итоги Мюнхенской конференции 2026
Завершившаяся в минувшее воскресенье 62-я Мюнхенская конференция по безопасности прошла без громких скандалов, однако продемонстрировала ряд четких, хотя и несколько тревожных, политических сигналов. Если сравнивать этот форум с прошлогодним, становится очевидной трансформация настроений: на первый план вышла не столько конфронтация с Россией, сколько экзистенциальный вопрос о будущем роли Европы в меняющемся миропорядке и степени ее зависимости от США. Главными темами, обсуждавшимися с 13 по 15 февраля 2026 года, стали война России против Украины, перспективы трансатлантического партнерства и растущее стремление европейских государств к большей «стратегической автономии».
Мюнхенский доклад этого года, озаглавленный «В условиях разрушения», задал тон дискуссиям, констатируя, что международный порядок, выстроенный после Второй мировой войны, находится в состоянии распада. Некоторые немецкие издания прямо заявляли, что проходившее в отеле Bayerischer Hof мероприятие было похоже на «похороны мирового порядка», на фоне которого Азия и США, похоже, уже определились со своими новыми ролями, в то время как Европа оказалась на обочине, стремясь осмыслить происходящее.
Украина как лакмусовая бумажка европейского единства
Непрекращающаяся война в Украине вновь стала центральным нервом конференции. Президент Украины Владимир Зеленский, выступая перед высокопоставленными политиками, подчеркнул, что его страна уже почти четыре года ведет полномасштабную войну, и прямо спросил аудиторию: «А вы к этому готовы?». Он неоднократно благодарил союзников за военную помощь, но указал на критические задержки с поставками ПВО, настаивая, что украинская армия является сильнейшей в Европе, и не принимать ее в НАТО — это «просто глупо».
При этом, как отмечалось в кулуарах, позиция Киева относительно быстрого вступления в ЕС столкнулась с некоторой прохладой со стороны ряда ключевых партнеров. Президент Латвии Эдгарс Ринкевичс, один из наиболее последовательных сторонников Киева, заявил, что в ЕС нет консенсуса по поводу конкретной даты вступления Украины, которую можно было бы закрепить в мирном соглашении. Он выразил пессимизм относительно возможности завершения войны в 2026 году, отметив, что «пока что мы не видели особых признаков давления» на Россию, которое могло бы это ускорить.
Позиция Латвии, озвученная Ринкевичем, заключалась в необходимости двойной стратегии: всеобъемлющей и постоянной поддержки Украины *и* целенаправленного политического и экономического давления на Российскую Федерацию. Глава Латвии подчеркнул, что ослабление санкций не приведет к миру, а лишь закрепит агрессивные намерения, и единственный путь к диалогу — это вынудить Москву к настоящим переговорам.
Самодеятельность Америки: поиск европейской субъектности
Ключевым фоном для всех обсуждений стала растущая неопределенность в отношениях с Соединенными Штатами. В отличие от прошлогоднего форума, когда звучали откровенные упреки в адрес Европы, на этот раз риторика американской делегации, представленной Госсекретарем Марко Рубио, была заметно мягче. Рубио говорил о сохранении партнерства и общей судьбе, однако общая атмосфера указывала на дальнейшее дистанцирование Вашингтона.
«Многочисленная американская делегация в Мюнхене дала еще раз понять европейцам: США не считают Россию экзистенциальной угрозой, поэтому оборона Европы — это проблема самой Европы, американцы сохранят только ядерный зонтик».
Такие сигналы, включая шутливую «валентинку» от Белого дома, касающуюся Гренландии и призывающую «определиться с нашими отношениями», укрепили в европейских столицах мысль: вера в США как в безусловного гаранта безопасности ослабевает. Это подтолкнуло европейских лидеров, в частности, канцлера ФРГ Фридриха Мерца и президента Франции Эмманюэля Макрона, к активному обсуждению необходимости «стратегической автономии» и наращивания собственного оборонного потенциала.
Критика была и внутри европейского лагеря: Мерц посетовал, что экономика ЕС в десять раз превосходит российскую, но Европа не действует пропорционально сильнее, называя это ключевой стратегической слабостью. Макрон же призвал к «смелости» для обеспечения всех компонентов геополитической мощи: обороны, технологий и снижения зависимости от других держав.
Смена геополитических акцентов и «новый миропорядок»
В контексте ослабления трансатлантических связей и затянувшегося конфликта на востоке, европейские политики, по данным ряда аналитиков, стали искать новый баланс, что, как ни парадоксально, дало Москве возможность укрепить связи с державами Востока. Пока Запад демонстрирует известную разобщенность в вопросах темпов помощи и сроков интеграции Украины, Россия, согласно Мюнхенскому докладу, не демонстрирует готовности к прекращению войны и, возможно, готовится к новым конфликтам.
Интересным, хоть и противоречивым, моментом стало обсуждение Китая. На фоне заявлений о необходимости большей самостоятельности Европы, тема КНР вызывала обсуждения, которые, по мнению некоторых обозревателей, звучали слишком обнадеживающе, словно Пекин рассматривается как альтернатива или стабилизирующий фактор, несмотря на его тесные связи с Москвой.
Перспективы и выводы: ставка на прагматизм
Конференция не принесла дипломатических прорывов, но зафиксировала новую реальность. Европа осознает, что времена безусловной опеки прошли. Президент Латвии Ринкевичс, подводя итог, вновь подчеркнул необходимость взвешенного прагматизма для укрепления оборонных возможностей и сохранения трансатлантического сотрудничества, но уже на новых, более равноправных условиях. Главный вызов, стоящий перед континентом, — это переход от деклараций о единстве к реальным, скоординированным действиям в сфере обороны и внешней политики, способным удержать старый альянс и одновременно подготовить Европу к миру, где она должна будет играть более самостоятельную партию. Судя по всему, 2026 год станет годом активного поиска этой новой европейской субъектности, где исход войны в Украине остается решающим фактором.
Следите за новостями на других платформах: