Президент Ирана: Атака на Хаменеи будет приравнена к объявлению войны

Резкое предупреждение Тегерана Вашингтону: линия, которую нельзя пересекать

Президент Исламской Республики Иран Масуд Пезешкиан выступил с категоричным заявлением, адресованным Соединенным Штатам, о последствиях любого военного воздействия на верховного лидера страны, аятоллу Али Хаменеи. По словам главы иранского правительства, покушение на духовного и высшего политического руководителя будет недвусмысленно расценено как акт полномасштабной войны против иранского народа, что не останется без ответа.

Заявление прозвучало на фоне продолжающейся напряженности в регионе и на фоне недавних событий, связанных с внутренними протестами в Иране и заявлений президента США Дональда Трампа, который ранее высказывался о необходимости смены руководства в Исламской Республике. Пезешкиан, комментируя сложную ситуацию, подчеркнул, что экономические трудности, с которыми сталкиваются иранцы, во многом вызваны застарелой враждебностью и «бесчеловечными санкциями» со стороны Вашингтона и его союзников.

Красная линия в межгосударственных отношениях

Особую остроту данному высказыванию придает его контекст. Президент Ирана четко обозначил, что покушение на жизнь Хаменеи является последней и наиболее опасной красной линией в ирано-американских отношениях. Это не просто угроза ответными действиями, а прямое предупреждение о переходе к состоянию открытого военного конфликта.

«Нападение на верховного лидера нашей страны равносильно полномасштабной войне против иранского народа», — написал Масуд Пезешкиан в своем заявлении, опубликованном в социальной сети X.

Это заявление стало одним из самых жестких официальных предупреждений со стороны иранского руководства в ответ на возросшую риторику и, по некоторым данным, военную активность США в регионе Ближнего Востока.

Контекст эскалации и дипломатические маневры

В последние недели наблюдалась значительная эскалация напряженности. Ранее появлялась информация о том, что американские вооруженные силы находились в высокой степени готовности, а в Вашингтоне на определенном этапе рассматривался силовой сценарий вмешательства в связи с подавлением протестов, начавшихся еще в конце декабря 2025 года из-за резкого падения курса национальной валюты.

Тем не менее, несмотря на обострение, в середине января США, по сообщениям СМИ, отложили решение о нанесении удара, отдав предпочтение дипломатическим каналам. В частности, упоминалось о неформальных переговорах между главой МИД Ирана Аббасом Аракчи и спецпосланником США, направленных на снижение напряженности. Иран, со своей стороны, также демонстрировал, что не стремится к эскалации, заявляя через своего постпреда при ООН о готовности дать «решительный, соразмерный и законный ответ» на любую агрессию, не инициируя ее.

Последствия и региональная стабильность

Любой открытый военный конфликт между Ираном и США имел бы катастрофические последствия не только для обеих стран, но и для всей ближневосточной стабильности. В качестве меры предосторожности, на фоне опасений возможной атаки, Иран уже временно закрывал свое воздушное пространство в середине января. Кроме того, в более широком контексте, Тегеран заявляет об укреплении позиций через региональное сотрудничество, например, в вопросах безопасности с Ираком, что, по мнению иранского МИД, уже привело к определенным результатам, таким как вывод части американских сил с иракской базы Айн-эль-Асад.

Заявления Пезешкиана служат четким сигналом о том, что, несмотря на готовность к диалогу, Иран сохраняет решимость защищать суверенитет и высшее руководство страны любыми доступными средствами, переводя потенциальное посягательство на личность аятоллы Хаменеи в плоскость тотальной войны, что резко повышает ставки в текущем геополитическом противостоянии.