Экономисты предупреждают: затяжная война на Ближнем Востоке подтолкнет цены в Латвии к росту

Геополитическая напряженность и энергетические рынки

Продолжающийся конфликт на Ближнем Востоке, в который вовлечены США и Израиль, а также Иран, создает значительную неопределенность на мировых энергетических рынках. Экономисты в Латвии предупреждают, что затягивание этой войны, особенно с учетом рисков для ключевых путей транспортировки энергоресурсов, может привести к ускорению роста цен внутри страны, несмотря на недавнее замедление инфляции.

Резкий скачок стоимости нефти и газа, зафиксированный в последние недели, стал прямым следствием эскалации. Как отмечают эксперты, удары по иранской инфраструктуре и, что критически важно, угроза судоходству через Ормузский пролив, через который проходит около пятой части мировых объемов нефти и газа, вызвали немедленную реакцию рынков.

Прямое влияние на латвийскую экономику: топливо и газ

Для Латвии, как для страны-импортера энергоносителей, повышение мировых цен на нефть и газ транслируется достаточно быстро. Наиболее ощутимое и немедленное воздействие отмечается через стоимость топлива на автозаправочных станциях, которая уже начала расти. Кроме того, аналитики ожидают, что рост цен на газ быстро отразится на счетах за электричество для домохозяйств, использующих биржевые тарифы.

Карлис Пургайлис, экономист банка Citadele, подчеркивал, что мировая энергетическая арена демонстрирует крайнюю нестабильность, а реакция рынка была очень быстрой. Лива Зоргенфрейя, главный экономист Swedbank, отмечала, что для Европы и Латвии это означает быстрый и прямой рост цен на энергоносители.

Особую озабоченность вызывает состояние газовых хранилищ. Сообщается, что подземные хранилища в Инчукалнсе заполнены в этом году в меньшей степени, чем обычно. Это означает, что этой весной и летом Латвии придется пополнять запасы по, вероятно, более высоким ценам, чем ожидалось ранее.

Прогнозы инфляции и критический фактор продолжительности конфликта

Министерство финансов Латвии уже озвучило свои опасения. По данным ведомства, если конфликт завершится в ближайшие недели, инфляция в стране по итогам года может составить около 3,4%. Однако этот прогноз строится на предположении о быстрой стабилизации.

Экономисты сходятся во мнении, что чем дольше продлится военное противостояние и чем шире будет его географическая эскалация, тем сильнее будет негативное влияние. Затяжной конфликт, особенно с длительной блокировкой Ормузского пролива, может поднять цену нефти Brent значительно выше 100 долларов за баррель, а цены на газ — удвоиться.

Руководитель исследовательского отдела Банка Латвии Карлис Вилертс также отмечал, что наибольшее беспокойство вызывают атаки на саму энергетическую инфраструктуру, так как восстановление заводов и терминалов требует времени, и последствия могут растянуться дольше самого конфликта.

Отсрочка в отражении на потребительских товарах

Хотя топливо реагирует быстро, подорожание других товаров и услуг в розничной торговле может быть менее заметно сразу. Председатель правления SIA Latvijas Tirgotāju savienība (LaTS) Раймонд Окманис пояснил, что если эскалация не затянется, потребители могут не почувствовать роста цен на товары повседневного спроса, так как рынок адаптируется быстро.

Однако, если конфликт продлится более месяца, возросшие издержки на логистику, транспорт и энергию начнут оказывать все большее давление. Потенциальное подорожание потребители могут ощутить с отсрочкой, ориентировочно осенью, когда возросшие затраты полностью отразятся в цепочках поставок.

Смягчающие факторы и общая картина

Несмотря на риски, некоторые факторы могут смягчить удар. Например, Банк Латвии оценивает, что закрытие Ормузского пролива вызывает меньше опасений, чем повреждение инфраструктуры, поскольку движение, будучи временно ограниченным, имеет тенденцию к быстрой стабилизации. Кроме того, Китай, как крупный импортер, также заинтересован в нормализации ситуации.

Важно отметить, что в феврале 2026 года инфляция в Латвии была на уровне 2,3%, что являлось самым низким показателем с декабря 2024 года. Текущие события на Ближнем Востоке могут, однако, изменить эту положительную тенденцию, возвращая в экономику фактор геополитической премии за риск.