Рига: +9.2°С
Смена фокуса: Трамп устал от войны и ищет путь к «сделке» с Ираном
Президент США Дональд Трамп, на фоне продолжающейся военной операции против Ирана, заявил о наличии прогресса в переговорах с тем, что он назвал «новым и более разумным режимом» в Тегеране. Это заявление, прозвучавшее 30 марта 2026 года, может указывать на стремление администрации сменить тактику и, возможно, снизить интенсивность прямого военного противостояния, которое длится уже более месяца.
По словам самого Трампа, озвученным в его социальной сети, Вашингтон ведет «серьезные переговоры» с новой иранской верхушкой. Однако, как это часто бывает в дипломатии высокого накала, заявления американского лидера соседствуют с жесткими ультиматумами. Президент США дал понять, что если соглашение не будет достигнуто в ближайшее время, и Ормузский пролив не будет немедленно «открыт для бизнеса», Соединенные Штаты прибегнут к массированному ответному удару. Угроза включает «полное уничтожение всех электростанций, нефтяных скважин и острова Харг» в качестве «возмездия» за действия старого режима.
Этот тонкий баланс между переговорным процессом и максимальным давлением отражает сложную геополитическую ситуацию, возникшую после начала координированных ударов США и Израиля по Ирану 28 февраля 2026 года, которые, по заявлению американской стороны, были направлены на предотвращение появления у Тегерана ядерного оружия и поддержку протестных настроений внутри страны.
«Новая группа людей»: Смена руководства как условие для переговоров
Уверенность Трампа в смене режима подкрепляется его убеждением, что нынешние переговорщики — это «совсем другая группа людей», названная им «очень профессиональной». Это заявление прозвучало на фоне сообщений о гибели или тяжелом ранении предыдущего верховного лидера Ирана, аятоллы Али Хаменеи, и других чиновников в ходе начальных ударов. Президент США также вновь высказал предположение, что сын Хаменеи, Моджтаба, новый номинальный лидер, либо мертв, либо находится в критическом состоянии, так как о нем нет никаких публичных сведений.
«Люди, с которыми мы имеем дело, – это совсем другая группа людей... очень профессиональны», — заявил Дональд Трамп, комментируя потенциальных переговорщиков.
С другой стороны, Тегеран официально отрицает факт ведения переговоров в каком-либо формате, в том числе с посредничеством Пакистана, через который, по данным американской стороны, передавался список из 15 требований. Тем не менее, сам Трамп утверждает, что иранская сторона согласилась на «большинство» из этих пунктов, хотя и анонсировал введение дополнительных требований.
Эскалация на воде и угроза наземной операции
Несмотря на разговоры о «перезагрузке» отношений с новой иранской элитой, военное напряжение остается чрезвычайно высоким. Сообщения о том, что США всерьез рассматривают ограниченную наземную операцию, усиливают тревогу в регионе и мире. Одним из ключевых объектов, который Вашингтон рассматривает для захвата или блокады, является остров Харг — через него проходит около 90% иранского нефтяного экспорта. Потенциальный захват Харга рассматривается как рычаг давления для разблокировки Ормузского пролива, движение по которому было фактически перекрыто Ираном в ответ на агрессию.
Аналитики отмечают, что воздушная кампания не достигла всех целей, и Пентагон активно готовится к наземной фазе с ограниченными задачами, перебрасывая в регион подразделения специального назначения. Эксперты предупреждают, что любая наземная операция на иранской территории может привести к катастрофическим последствиям. Президент Сербии Александр Вучич ранее заявил, что начало наземного нападения на Иран грозит миру, и особенно Европе, «крупнейшей энергетической и экономической катастрофой в истории».
Реакция Латвии и международный контекст
Для стран Балтии, включая Латвию, которая с начала 2026 года является непостоянным членом Совета Безопасности ООН, ситуация остается зоной пристального внимания и обеспокоенности. Латвийская дипломатия с самого начала конфликта заняла четкую позицию. Глава МИД Латвии Байба Браже заявляла, что мир «не будет проливать слез» по поводу гибели старого руководства Ирана, и при этом подчеркивала, что «асимметрические возможности Ирана влиять на безопасность региона и на мировые процессы сохраняются».
С точки зрения Риги, прямое экономическое влияние конфликта на латвийскую экономику минимально, поскольку доля Ирана в экспорте и импорте Латвии невелика. Однако косвенное влияние через нарушение мировых цепочек поставок, рост цен на энергоносители и изменение логистических маршрутов ощутимо. В условиях обострения, Латвия призывала граждан к осторожности и воздерживаться от поездок в Иран и Израиль.
На международной арене, в то время как США ищут пути выхода, европейские союзники, по данным Bloomberg, не спешат безоговорочно верить в заявления Трампа о прогрессе. Более того, Великобритания, устами своего премьер-министра, подчеркнула, что обеспечение свободного судоходства в Ормузском проливе — это задача широкой коалиции, а не исключительно миссия НАТО, что говорит о нежелании многих западных партнеров углублять собственное вовлечение в военное урегулирование.
Перспективы: От торга к непредсказуемости
Заявление Трампа о том, что ему «наскучила» война, по сути, является сигналом о смене приоритетов — от военного давления к политическому урегулированию, пусть и с позиции силы. Администрация Белого дома, похоже, пытается капитализировать первые успехи (предполагаемую смену руководства и готовность Ирана принять часть требований) до того, как потребуется принимать крайне рискованные решения, такие как полномасштабное вторжение или, в более узком смысле, захват стратегического нефтяного терминала Харг.
Ближайшие дни покажут, является ли это заявление началом реального дипломатического прорыва или же ультиматумом, призванным спровоцировать окончательный коллапс иранского руководства. Пока же конфликт на Ближнем Востоке, начавшийся в конце февраля, остается доминирующей темой мировой политики, определяя колебания на энергетических рынках и заставляя союзников искать пути минимизации рисков.
Следите за новостями на других платформах: