Год после обещаний: как обстоят дела с «возрождением величия Америки» Трампа?

Экономика: от обещаний к первым результатам

С момента вступления в должность Дональд Трамп неоднократно заявлял, что Соединенные Штаты вступили в «золотой век величия Америки». Это заявление, часто звучащее в его речах и отраженное на сайте Белого дома, призывает к более детальному анализу реальных экономических показателей за прошедший год. Политика администрации сочетала снижение налогов и дерегулирование с протекционистскими мерами и вмешательством в торговлю, что, по мнению самого Трампа, должно было обеспечить стране беспрецедентный рост.

Обещания «золотого века» подкреплялись заявлениями о притоке крупных инвестиций. Так, сам Трамп сообщал о привлечении около 18 триллионов долларов инвестиций в американскую экономику за год, что, по его словам, значительно превышало предыдущие показатели. На этом фоне фондовые рынки, как утверждалось, обновили рекорды более полусотни раз, что должно было свидетельствовать о росте капитализации и общем экономическом подъеме.

Рост ВВП и рынок труда: неоднозначная картина

Оценка темпов роста экономики в первый год пребывания Трампа у власти вызывает споры. С одной стороны, Международный валютный фонд (МВФ) в середине 2017 года прогнозировал рост ВВП США на уровне 2,3% в 2017 году и 2,5% в 2018 году, что было связано с ожиданиями фискального стимулирования и снижения налогов. Однако более поздние данные указывают на замедление: например, в I квартале 2025 года, согласно пересмотренной оценке, реальный ВВП сократился на 0,6% после роста на 1,9% в предыдущем периоде.

Ситуация на рынке труда также неоднозначна. Хотя уровень безработицы приблизился к естественным уровням, а рост заработной платы начал ощущаться, в одном из недавних отчетов отмечалось, что за год было создано лишь 584 тысячи рабочих мест — показатель, существенно уступающий ежегодному приросту в предыдущие годы, когда он превышал 2 миллиона. Это заставляет сомневаться в заявленном «стремительном возвращении рабочих мест» в страну.

Торговая политика и внешнеэкономические конфликты

Центральным элементом экономической программы Трампа стала протекционистская политика, включавшая введение импортных пошлин. Эти меры, направленные на защиту отечественного производителя и коррекцию торгового баланса, вызвали напряжение в отношениях с ключевыми партнерами, такими как Китай и Мексика. Введение тарифов и пересмотр соглашений, например, NAFTA, создавали значительную инвестиционную неопределенность в ряде стран.

Администрация Трампа также последовательно продвигала идею достижения энергетического доминирования США. Это выражалось в поддержке экспорта американских энергоносителей и критике европейского курса на возобновляемые источники энергии. Выступления Трампа подчеркивали успехи США в этой сфере на фоне заявлений о «энергетическом коллапсе» в Европе.

Бюджетный дефицит и налоговая реформа

Несмотря на провозглашенную цель сокращения государственного долга, принятая по инициативе Трампа налоговая реформа, включавшая снижение налогов для бизнеса, привела к увеличению бюджетного дефицита. По данным МВФ, дефицит в отчетном году мог составить около 7,7% ВВП, а государственный долг приблизился к отметке 129% ВВП. Это противоречило предвыборным обещаниям и стало предметом внутреннего напряжения.

Финансовые вопросы администрации также осложнялись судебными разбирательствами. Например, сам Трамп и его организация подали иск против Министерства финансов США, требуя многомиллиардную компенсацию в связи с утечками конфиденциальной налоговой информации, что привлекло дополнительное внимание к финансовым стратегиям экс-президента.

Международная роль и репутационные риски

В сфере международной политики политика Трампа характеризовалась выходом или напряженными отношениями с рядом международных структур, что воспринималось как отход от традиционного многостороннего сотрудничества. В частности, США объявили о выходе из Всемирной организации здравоохранения (ВОЗ), ссылаясь на несправедливое распределение взносов. Наряду с этим, администрация стремилась проецировать влияние через новые форматы, такие как инициированный Трампом «Совет мира».

В целом, первый год после заявлений о «золотом веке» представляет собой картину смешанных результатов: ощутимый рост на фондовом рынке и заявления об инвестициях контрастируют с замедлением темпов создания рабочих мест, ростом дефицита и обострением международной торговой напряженности. Оценки успеха во многом зависят от того, какие именно экономические и геополитические метрики считать приоритетными.