Биткоины Мадуро под прицелом: сколько криптовалюты может получить администрация Трампа

Новый виток геополитики: судьба венесуэльских криптоактивов

На фоне политических потрясений в Венесуэле и смены власти, внимание криптосообщества переключилось с вопросов о будущем нефтяных запасов страны на судьбу ее цифровых активов. Главный вопрос, который сейчас активно обсуждается в отрасли: сколько биткоинов (BTC) находилось под контролем режима Николаса Мадуро и какова вероятность их попадания в стратегический резерв США, формируемый администрацией Дональда Трампа.

Хотя публичные данные блокчейна подтверждают наличие у Венесуэлы около 240 BTC, что эквивалентно примерно $22,11 млн по текущим рыночным ценам, эти цифры, по мнению аналитиков, отражают лишь малую часть реальных активов. Рынок, однако, оперирует гораздо более внушительными, хотя и неподтвержденными, оценками.

Теневые резервы: от $60 млрд до 600 000 BTC

Слухи, циркулирующие в криптосообществе, в частности, по данным аналитической рассылки Whale Hunting, указывают на существование теневого резерва, который мог достигать 600 000 BTC. Источники, близкие к разведсообществу (HUMINT), даже оценивали контролируемые режимом Мадуро биткоины в эквиваленте до $60 миллиардов.

Подобные объемы, если они подтвердятся, составят около 3% от общего предложения биткоина. Для сравнения, под контролем правительства США, по данным на конец 2025 года, находится 198 012 BTC, что составляет менее 1% от эмиссии монеты. Отметим, что в октябре 2025 года Министерство юстиции США провело крупнейшую в своей истории конфискацию криптовалюты, изъяв около 127,2 тыс. BTC на сумму около $15 млрд у преступной сети, занимавшейся мошенничеством.

Возможные источники венесуэльских биткоинов включают конвертацию части золотых доходов в BTC в период с 2018 по 2020 год, расчеты за нефть в стейблкоинах с последующим переводом в BTC, а также конфискации у местных майнеров и активы, связанные с национальным проектом Petro.

Стратегический резерв США: только конфискат

Ключевым контекстом в этой ситуации является позиция Министерства финансов США. Еще в августе 2025 года глава ведомства, Скотт Бессент, прямо заявил, что США не будут покупать биткоин на открытом рынке для пополнения своего Стратегического биткоин-резерва (SBR). Резерв, учрежденный указом Дональда Трампа 6 марта 2025 года, по словам министра, будет формироваться исключительно за счет изъятых монет.

США уже являются крупнейшим государственным держателем BTC, полученным полностью за счет конфискаций. Поэтому любые крупные изъятия, включая потенциальные активы, связанные с бывшим венесуэльским руководством, автоматически рассматриваются рынком как потенциальное пополнение SBR. Именно эта политика, исключающая прямые закупки за счет бюджета, сдерживает рыночные ожидания от более агрессивного роста, но при этом делает конфискованные активы критически важными для расширения резерва.

Потенциальное пополнение и сравнение с ETF

Если предположить, что значительная часть предполагаемых активов Мадуро окажется под контролем США, крипторезерв страны может увеличиться, потенциально достигнув доли в 4% от общего предложения BTC. Это выводит США на уровень, сопоставимый с крупнейшими институциональными держателями.

Для сравнения, крупнейший BTC-ETF, iShares Bitcoin Trust (Blackrock), по состоянию на начало января 2026 года контролирует около 3,67% всего предложения первой криптовалюты, что является абсолютным рекордом для частного фонда.

Текущая цена биткоина, по данным на 5 января 2026 года, колеблется в районе $93 624. При этом аналитики Citigroup прогнозировали на январь диапазон $80 000–$90 000.

Рыночные последствия и регуляторное поле

События вокруг предполагаемой конфискации криптоактивов венесуэльского режима имеют двоякое влияние на рынок. С одной стороны, сам факт захвата значительных объемов BTC и их возможная консолидация одним государством может вызвать опасения относительно централизации и ликвидности. С другой стороны, это подтверждает долгосрочную стратегию США по накоплению биткоина как стратегического актива без прямого вмешательства в рыночные закупки.

В январе 2026 года рынок также обращает внимание на регуляторные вопросы, включая ожидаемое рассмотрение в Сенате закона Clarity Act, который может прояснить правовое поле для цифровых активов в США. В то же время, такие события, как потенциальное изъятие крупного криптофонда, вновь поднимают вопросы о безопасности хранения и прозрачности учета конфискованных монет на балансах федеральных ведомств, так как не все аналитические трекеры могут точно разграничить арестованные и окончательно конфискованные активы.