Экономические барьеры: Аналитики бьют тревогу по поводу устойчивости польской экономики в 2026 году

На грани: Оценки состояния польской экономики в начале 2026 года

Начало 2026 года ознаменовалось для Польши сложной экономической картиной. Несмотря на сохраняющиеся, в целом, позитивные прогнозы по росту ВВП, экспертное сообщество всё чаще говорит о «подходе к границам безопасной гибкости» в сфере государственных финансов. Это означает, что фискальные буферы, позволяющие справляться с непредвиденными внешними или внутренними шоками, становятся опасно тонкими. Хотя Польша продолжает демонстрировать более высокие темпы роста по сравнению со средними показателями по ЕС, этот рост сопровождается структурными уязвимостями, вызывающими серьезную озабоченность у аналитиков.

По состоянию на начало года, официальные прогнозы, как от Европейской комиссии, так и от Национального банка Польши, предсказывают, что реальный рост ВВП страны в 2026 году составит порядка 3,5–3,7%. Это выше, чем ожидается в большинстве стран Еврозоны, где темпы могут не превышать 2%. Однако этот оптимистичный фасад скрывает растущее долговое бремя и хронически высокий дефицит бюджета.

Финансовое давление: Долг, дефицит и Маастрихтские критерии

Центральной проблемой, которая ставит экономику на грань, является состояние государственных счетов. Проект бюджета на 2026 год, представленный в Сейм, свидетельствует о дальнейшем расширении бюджетной «дыры». Рост государственных расходов, в частности, за счет значительного увеличения оборонного бюджета, который закрепляет за Польшей статус одного из лидеров НАТО по тратам на оборону в процентном отношении к ВВП, ложится тяжелым бременем на казну.

Бюджетный дефицит остается значительно выше «маастрихтских» 3% ВВП, установленных в рамках правил ЕС. Более того, государственный долг неуклонно растет. По некоторым оценкам, он уже превысил 60% ВВП в предыдущем году и может приблизиться к отметке 65% ВВП к концу текущего прогнозного периода. В более долгосрочной перспективе, при сохранении текущей траектории, некоторые аналитики предупреждают, что долг может достичь 70% ВВП всего за три-четыре года, а к 2035 году, по расчетам ЕК, он может составить до 95% ВВП.

«Если правительству не удастся сократить дефицит бюджета, государственный долг Польши превысит 70% ВВП всего за три-четыре года», — отмечают в экспертной среде.

Тревогу усиливает тот факт, что рейтинговые агентства Moody's и Fitch уже скорректировали свои оценки, понизив кредитный рейтинг Польши со «стабильного» до «негативного». Такое понижение обычно приводит к удорожанию заимствований для государства.

Европейские фонды как спасательный круг и краткосрочный стимул

Правительство рассчитывает латать бюджетные дыры и стимулировать экономику за счет рекордного притока средств из Европейского Союза. На 2026 год ожидается исторический максимум — около 48 миллиардов евро из двух основных источников: Национального плана восстановления (KPO) и традиционных фондов ЕС. Только по линии KPO запланирован перевод около 34 млрд евро.

Эти средства, направляемые, в частности, на «зеленую» и цифровую модернизацию, а также на развитие медицины и образования, являются критически важным драйвером роста. Главный экономист банка Pekao, Эрнест Питларчик, отмечал, что без притока средств KPO темпы роста ВВП в конце 2024 – начале 2025 года могли бы быть значительно ниже — около 2,8% вместо 3,5%.

Однако эксперты сомневаются в способности правительства освоить весь заявленный объем средств в срок. Это означает, что фактический приток денег может оказаться ниже плана, что усугубит финансовое напряжение. Более того, после рекордного 2026 года ожидается заметное снижение темпов инвестиций, поскольку в новой бюджетной перспективе ЕС 2028–2035 годов начнется погашение «ковидного долга», что может сократить доступные средства на 20–25 млрд евро ежегодно.

Скрытые структурные риски и настроения в бизнесе

Помимо фискальных проблем, эксперты указывают на ряд структурных рисков. Несмотря на общий оптимизм, связанный с потреблением и инвестициями, в 2025 году наблюдались негативные тенденции в промышленности. Имели место существенное падение экспорта, волна банкротств и массовые сокращения. Только за первые два месяца 2025 года было анонсировано увольнение 14,8 тыс. человек.

Экс-премьер Беата Шидло высказывала мнение, что «благосостояние, ради которого поляки трудились годами, исчезает на наших глазах». Некоторые аналитики даже характеризуют ситуацию как «картонную сверхдержаву», полагая, что экономический рост «на бумаге» не соответствует реальному положению дел в промышленности и среди населения.

При этом рынок труда демонстрирует признаки здоровья: индекс «Настроения бизнеса» по итогам III квартала 2025 года показал оптимистичные ожидания, что может привести к росту заработных плат в ключевых секторах, таких как производство, логистика и строительство. Увеличение оборонных расходов, по словам действующего премьера Дональда Туска, может быть компенсировано перепрофилированием предприятий, например, с производства котлов на выпуск вооружения.

Долгосрочные перспективы и пределы «гибкости»

Суть предупреждения экспертов сводится к тому, что экономика Польши, обладая высоким потенциалом роста за счет структурных фондов ЕС, оперирует на пределе своей финансовой устойчивости. Риски, связанные с геополитической напряженностью на восточной границе (которая уже привела к экономическим убыткам и репутационным потерям из-за пограничных мер) и высокой долговой нагрузкой, делают любое внешнее потрясение — будь то энергетический кризис или торговые войны — крайне болезненным.

Польское Министерство финансов предприняло шаги для обеспечения ликвидности, предварительно профинансировав около 23% валовых заемных потребностей на 2026 год к концу декабря 2025 года, при этом остаток средств на бюджетных счетах оценивался в 143 миллиарда злотых. Однако эта мера лишь покрывает краткосрочную потребность, не решая проблему структурного дефицита.

Таким образом, 2026 год для польской экономики — это балансирование между заявленными высокими темпами роста, подкрепленными рекордными европейскими вливаниями, и критическим состоянием государственных финансов, которое, по мнению аналитиков, не оставляет запаса прочности для маневра.